Хотите про политику? Нет? А зря. Слушается на одном дыхании:

Вы знаете, позиция нашего дорого президента (того, который Медведев) по отношению к манежке напоминает министра магии Фаджа из Гарри Поттера: «он НЕ вернулся!». Нет никакого Тёмного Лорда! И не может быть! А тех, кто утверждает обратное, будем строго карать.

Полтора года, как погиб Миша Панарин. И два дня, как я об этом узнал. Наверное, два дня — это мало, чтобы поверить. Вера — странная штука. Чего стоит вера? Миша Панарин доказал мне, что она может стоить больше жизни. Я давно с ним не общался, года три, с тех пор, в общем-то, как он уехал работать в Москву. А тут вдруг заскучал по нему совсем, позвонил общему знакомому, не даст ли контакт, и узнал. Теперь я знаю, что его нет, точно, стопроцентно и абсолютно — а поверить не могу.

Много ли раз я видел Мишку? Может быть, мы встречались с ним всего несколько раз. Ну ещё в компании общих знакомых. И ещё по телефону. Но он такой человек был для меня… Я наверное, не смогу объяснить, но если у вас были такие люди, то вы поймёте. Да, и ещё… Если были такие люди — найдите их, не упускайте. Как бы мало мы не общались, он занял у меня внутри такое место, какое занимают только очень близкие люди, люди очень важные, люди, которые очень много значат. Понимаете, он был единственным человеком, с кем я мог обсудить текст песни — а это вообще штука невозможная, это взаимопонимание какого-то космического уровня. Всё время, пока мы не общались, я помнил почти все наши разговоры, и они почему-то постоянно всплывали в разные моменты жизни — постоянно. Я от него узнал много разных мелких вещей, которые постоянно ассоциировались с чем-то в жизни. Он как будто всегда был рядом, и наверное, так всегда и будет.

Не знаю, наверное, он был похож на какого-то воображаемого друга, то есть соответствовал там каким-то придуманным критериям… Не знаю. Просто он был для меня вот таким.

Словились-то мы на почве того, что он писал музыку. И пел. Такие, вроде как, братья-музыканты. Потом оказалось, что он и картины пишет. А ещё он неплохо моделировал в 3д. Ну как — неплохо. Настолько неплохо, что в дальнейшем его пригласили работать в Москву. И ручаюсь, что вы знаете его работы. Например, в фильме «Ирония судьбы — 2» есть эпизод, где Лукашин летит на самолёте. Самолёт — рисованный. Мишка целиком построил эту сцену, вот тут об этом подробнее написано. Также он работал над «Дозором» — дневным, или ночным, или над обоими — не знаю, но уже в составе команды. Ну и там ещё над чем-то, в сети остались его статьи. На почве этих успехов я им гордился, что вот мол, мой знакомый, сибиряк — аж в Москве, аж в Останкине чего-то делает. Ну, тут понятно, я-то, как большой бездарь, вообще очень горжусь знакомствами со всякими известными людьми. Как-то Мишка нарисовал свою комнату в 3д, показывает рендер, а я говорю, мол, так это ж фотка! А он: нет, это рендер! Всё фигня, говорит, вот только батарею долго рисовал. Батарею отопления — форма у неё хитрая.

Талант был Мишка — знаете, такой, про которого говорят, что талантливый человек талантлив во всём.

Ну а дальше… У Мишки ещё одна тема была, мы тоже про это много говорили. Интересовался он, как и я, всякой эзотерикой. Я-то интересовался больше теоретически, поскольку ни магом, ни особенным экстрасенсом себя не ощущал. А у Мишки всякое бывало: и из тела выходил, и с колдунами общался, ну то есть с какими-то людьми, я не могу ручаться, что это были за люди, я их не знал. В общем, чувствовал он какие-то в себе особенные силы. Мишка, он конечно, был немного того, но в хорошем таком смысле: то есть не агрессивный, а просто слегка с этаким шильцем. Очень слегка — как и любой гений.

И вот рассказывают, что столица не пошла Мишке на пользу. Да и как бы могла. Я-то, дурак, рад был, думал, что он нашёл там себя, признание какое-то. А на самом деле Москва — она выжимает соки, когда ты нужен — приближает тебя, а когда дело сделано — то и не нужен ты никому. Всё там более жёстко, чем в нашей деревне. Один такой уже приехал у меня друг, так с катушек съехал моментально. Поехал Москву покорять — а оно пшик, не вышло. Очень злой приехал. Но только тот-то в агрессивную сторону, а Мишка-то он конечно не такой, по-тихому съезжать стал. Вернулся сюда. Прописали там ему какие-то таблетки… Ну а я-то не знал, что он здесь. Вот теперь сиди и мучайся: а если бы знал? А если бы раньше поинтересовался? А если пересеклись бы, поговорили, какое-нибудь дело общее нашли, музыку ту же? Или может его эзотерические увлечения в какое-нибудь более спокойное русло направил? Теперь этого я уже никогда не узнаю.

Мишка захотел проверить одну вещь: в состоянии резкой опасности, может ли человек полететь? Если твоя вера сильна, и нет другого выхода — ведь и горы сдвинуть можно. Вот стоишь ты перед несущимся на тебя поездом… И в последний момент взлетаешь. Нет, вы не подумайте, он не хотел заканчивать жизнь таким образом, да и по показаниям машиниста, он отпрыгнул в последний момент, просто слишком поздно.

И вот я стараюсь всё это представить, как Мишка выходит ранним августовским утром, наверное темно ещё, а может быть светает… Идёт, курит. Специально вышел, полный решимости? Или случайно свернул на железнодорожные пути? Так или иначе, эксперимент надо провести. Поезд мчится, гудит, экстренное торможение, но скорость — дикая. А он стоит, и смотрит, и пытается поверить. И в последний момент — это был рефлекс, тело рефлекторно дёргается, отпрыгивает, а Мишка — взлетает.

Говорят, что те, кто умер не естественной смертью, кто трагически погиб — не знают, что они умерли. Сейчас Мишка летает где-то над городом, смеётся, курит и показывает неверующим факи. Это я знаю точно, стопроцентно и абсолютно — ну, примерно так же, как то, что уже не получится мне ему ни майл отправить, ни позвонить.

Мишка! Друг! Как бы я хотел с тобой поговорить…

Бурления мнений насчёт сюжета «Аватара» — они не столько потому, что осуждаются сами действия Салли, выставленные в фильме, как геройский поступок. Нет. Это геройский поступок и есть, думаю, это очевидно. Просто в фильме, рассчитаном на спецэффекты, недостаточно экранного времени уделено мотивам главгероя. Вернее, выглядит всё так, будто главгерой влюбился в прекрасную синюю аборигенку, и поэтому предал своих. Не потому, что считает действия людей несправедливыми, а потому что взыграли чувства, размяк бравый боец среди дикарей, привык. То есть героизм тут случайный, вроде того, как если бы американский пилот расстрелял собственную танковую колонну, идущую на Багдад, из-за того, что её командир обыграл его вчера в карты. Неужели Кэмерон хочет показать нам именно это? Не хотелось бы так думать. Ведь общая картина ясна: несправедливо обижать аборигенов. И действия главгероя в целом правильные. Но вот мотив… Мотив делает его гнусным предателем. Может всё из-за того, что в английском языке нет понятия, адекватного нашему слову «справедливость»?

Честность. Всё из-за неё. Больше нечем мерять. У меня, конечно, болезнь: я стремлюсь говорить правду везде и всегда, вне зависимости от того, нужна ли она, уместна ли она. Ведь это же правда!

Чем-то я тут похож на нынешних либерастов-идеалистов. Им кажется, будто люди кругом честные-честные, и надо им только позволить жить честно, отменить милицию, предать гиенне НКВД и ГУЛАГ, упразднить КГБ — и всё, радость обеспечена. Будут честные предприниматели, будет развитой капитализм, будут добрые соседские страны под эгидой образца демократии, расположенном на Новой Земле. Утопия. Мечта. Где-то рядом с коммунизмом, который они почему-то так ненавидят. Из-за детских комплексов каких-то?

Да, люди не готовы к зеркальному небу. Это я вам, как инопланетянин говорю. Не готовы. Не нужна никому честность. Не нужна никому правда о каждом. А ради честности… Тут даже не про ворованные деньги речь, о чём признаться страшно, я готов ради честности признаться в самых странных своих мыслях и желаниях. Почему? Потому что верю в людей. Верю, что поймут. Наивно, как либераст последний — а вот верю. Может, не все, может хоть часть людей. Да и если не поймут — Сократ мне друг, но истина дороже.

Истина — дороже.

Я не могу, меня тошнит от лживого образа жизни людей.

Вы поймите правильно, мне нравятся люди — но я при том не могу понять, почему они живут так, как живут. Что это? Зачем это? Для чего всё это притворство? Скажите мне грубую, страшную правду. Скажите мне то, во что я не поверю, буду упираться, держаться за мирок своих недостатков — но в конце концов я приму правду. Она не так страшна. Страшна — но не так. Она лучше привычек, лучше сложившися комплексов, она победит их. Потому что она правда.

Чего ты боишься? Ну чего? Ты торгуешь наркотиками? Ты трахаешь двеннадцатилетних? Что ты делаешь? Ты думаешь, я не пойму? Я осужу? Перестань притворяться! Живи правдой.

Очень порадовал очередной билд Хрома. Седьмого Хрома. Первые вышли так себе, то здесь подглючит, то шрифт мелкий, то интернет-банк не работает. А в этом всё поправили, плюс вдруг всё стало очень быстро. Оно и было быстро, Хром он не тормознутый далеко, а стало ещё быстрее. Очень плавный скроллинг, независимо от напичканности странички флэшэм и скриптами. Неужели включили обещанное аппаратное ускорение отображения страниц? Не знаю как проверить. Но в батнике, через который хром запускается, у меня на всякий случай прописан ключ ‘-enable-accelerated-compositing’, так что может быть.

В общем, рекомендую к ознакомлению как тем кто уже, так и тем кто ещё не на Хроме :)

Новый билд — 7.0.517.5, скачать можно, например, тут.

KremlinRussia follows: whitehouse, BarackObama...

Кто бы сомневался.

Значительная часть граждан почему-то превратно понимают вежливость.

С ихней точки зрения, вежливость — это набор слов. То есть именно так, как сказал Сервантес: «обходится нам так дёшево и ценится так дорого». Но эта вежливость-то как раз дешёвая, и дорого она не стоит. Очень многие говорят «спасибо» ледяным тоном. Разве так благодарят? Да, можно сказать продавщице «спасибо» безэмоционально, потому что, казалось бы, это рядовая ситуация, но и это уже лицемерие. Я хочу сказать: не может быть никаких мелких поводов для холодной вежливости — ты или вежлив до конца, или лицемеришь.

Мне не нужно твоё пустое «спасибо», сказанное, как будто «пошёл к чёрту». Засунь его себе в задний карман. Именно про такое «спасибо» говорят, что его не намажешь на хлеб. Некоторые люди, вероятно, в принципе не способны испытывать благодарность.

Мне не нужно твоё пустое «пожалуйста», сказанное, как будто «а ну-ка живо». Иди-ка живо сам. Как в фильме «Убить Билла» было, когда героиня Умы Турман говорит мелкой японке: «я умоляю тебя, не сражайся со мной, уходи», на что та резонно отвечает: «ты умоляешь? так не умоляют! но скоро ты будешь умолять меня». Просьба — всегда унижение. «Никогда и ничего не просите у тех, кто сильнее вас» — выбирайте тех, перед кем можно унизиться и тех, перед кем нельзя. По нужде — унижение необходимо. Просьба без унижения — не просьба. Это пожелание, предложение, приказ, обязательство, принуждение — но не просьба. Некоторые люди органически не умеют просить, и хорошо, если их просьба звучит как предложение — но частенько она звучит так, как будто ты им крупно задолжал, а срок оплаты давно прошёл.

Вежливость не может стоить дёшево, поскольку она — не слова. Это эмоция. Безэмоциональные слова — это информация, но просьба — это не информация, благодарность — это не информация. Это подарок, это энергия, жирная энергия, которую можно намазать на хлеб. Не обязательно вообще говорить вежливых слов. Куда важнее интонация, с которой прозвучит твоя просьба и твоя благодарность. Я лично стараюсь не использовать вежливые слова без нужды. Потому что говорить их неискренне — лицемерие, а по-настоящему можно и без них, хотя, безусловно, они подчёркивают твой эмоциональный заряд, они служат тем самым хлебом.

Вежливые слова без вежливости берут своё начало от торговых отношений. Начальник говорит: «сделай пожалуйста» подчёркнуто холодно, потому что это твоя работа и он её оплатил. Он мог бы и не говорить — вышло бы честно. Ты сделал работу, тебе говорят: «спасибо» без всяких эмоций, потому что ты выполнил свой долг. Это не эмоция, это информация, означающая «ОК, операция завершена корректно, все условия соблюдены». Это машинный код, который к вежливости не имеет никакого отношения.

Дёшево стоит их лицемерие.

Товарищи из Массачусетского института побывали в Новосибирске.

На вопрос о том, включены ли сибирские ученые в исследования «глобального потепления», Фомин ответил, что лично он не уверен в перспективе необратимых глобальных изменений климата, поскольку данные, собранные представителями различных научных направлений, свидетельствуют, в основном, о цикличности климатических процессов на Земле.

Срезал.

Вы знаете, что я почувствовал, прочитав стенограмму той встречи, о которой так много говорят последние пару недель? Мне вспомнилось то неловкое, нелепое ощущение, когда тебя по недомыслию или ещё из каких-то соображений представляют как музыканта перед незнакомыми людьми в светской обстановке. Ну, то есть всё нормально, все улыбаются, я тоже делаю вид, раз уж каким-то чудом пришлось оказаться в такой ситуации. И тут говорят: а вот Ваня, он, знаете, у нас музыку такую пишет! А они в ответ: да что вы говорите! Какой молодец! А потом тебя спрашивают: ну а как вообще, кем быть думаешь? И тут ты заряжаешь: да мусорной машиной с детства хотел управлять (потому что это правда). Все так натянуто смеются, и кто-то снова за своё: а он, знаете, ещё и стихи пишет! Ой, как здорово! Почитай нам что-нить! Нет? А почему нет? Да ты не стесняйся, мы все тебя поддержим!

И самое нелепое, что по молодости да по глупости ты без раздумий их, стихи эти свои, читаешь…

Или знаете, вот работал я как-то в редакции одной рекламной газетёнки. «Оптовый рынок Сибири», до сих пор наверное здравствует. Квадратики объявлений делал. Текучка кадров была серьёзная, потому что это дизайнерский тупик, когда надо пофиг как, главное очень быстро. Многие, включая меня, долго не выдерживали. А начальник наш был примерно моего возраста, Весы по знаку — я их вообще не понимаю, они марсиане какие-то. Когда я поступал туда работать, он сочинил анкету для собеседования в две страницы, но через пару месяцев он увеличил эту анкету до четырёх страниц, накидав туда совершенно бредовых вопросов, чуть ли не как собачку любимую зовут. То есть заполнить её — труд столь же титанический, сколь и бессмысленный. Когда я у него спросил, а нахрена, он говорит: ну типа лучше про новых людей всё знать. Леденящая душу наивность. Ну так вот, приходят разные кандидаты, а он с ними не беседует, а тупо своё изобретение им подсовывает: заполняйте. Заполненные анкеты он тут же прятал. Но однажды пришло такое воздушное существо, девушка лет семнадцати, в очёчках и ручки-ножки как спички, заполнила и упорхнула. Начальник почитал анкету и как давай ржать. А он ещё смеялся так, беззвучно, просто трясся, а рожа всё краснее наливалась, как помидор. И даёт нам прочитать строчку. На вопрос «Опишите себя» она ответила: Какая я?… я разная!

Разговор музыканта Юры с премьером — нелепая ситуация того же сорта. Когда человек не понимает контекста и говорит от души там, где проявления твоей души не просто неуместны, а туда ещё и вежливо насрать могут. Я Шевчука, безусловно, уважаю вообще, у него лютые песни, в основном, старые, правда. Но неужели Юра рассчитывал, что премьер вдруг что-то сделает или скажет неожиданное? Как-то разрулит ситуацию? Только крайне наивному человеку могло показаться, что это возможно. Нет, премьер ответил во вполне своём привычном стиле: в ответ на дерзкий тон поинтересовался именем известного вопрошаюшего, чем сравнял его с пустым местом, а дальше двинул обычную путинскую речь. Или Шевчук рассчитывал показать себя таким образом, обозначить, какой он смелый, вот так вот, бросил вызов царю? Так и тут он предсказуемо проиграл, потому что нельзя в такой ситуации выиграть. Не может хулиган-сорванец «срезать» начальника милиции. И не можешь ты прочитать своё нелепое стихотворение протокольной тётке, чтобы она вдруг вышла из образа и пустила слезу. Если ты только не гений. Что ж, если музыкант Юра счёл себя тем самым мальчиком, который разоблачит голого короля — то он переоценил свои силы.

Эта система ломается, но ломается совсем иначе — и совсем другим объёмом крови, нежели тот, который был пролит 31 числа на Триумфальной площади в Москве.